Предыдущие объяснения не только не могут иметь дело с продолжительностью жизни от нескольких дней (плодовая муха) до десятилетий (люди) и столетий (гидра), но они также не могут объяснить вариации в уровне смертности. Распространенные теории утверждают, что вероятность смерти возрастает с возрастом, как и у людей.
Однако исследователи каталогизировали такие виды, как белые мангровые заросли и пустынная черепаха, вероятность смерти которых с возрастом фактически уменьшается. Кроме того, периоды фертильности некоторых видов также бросают вызов общепринятым теориям.
Предыдущие попытки объяснить старение утверждали, что существа вкладывают средства в самосохранение только до тех пор, пока они не успешно воспроизведут и не вырастут свое потомство. Следуя этой линии рассуждений, когда приближается конец периода фертильности, тело должно начать разлагаться, что называется старением.
Для людей это верно лишь отчасти. Согласно исследованию Nature, смертность современных японских женщин после детства постоянно растет. Но, напротив, люди еще долго живут после того, как рождаемость прекратилась. Сегодня многие люди остаются здоровыми, пока не станут бабушками и дедушками, и, соответственно, их вероятность умереть невелика.
Только в преклонном возрасте быстро растет смертность. Например, у японских женщин в возрасте 100 лет смертность более чем в 20 раз превышает средний показатель за всю жизнь.
Это делает людей настоящей диковинкой.
Ни один другой вид в каталоге исследователя не имеет такой резко возрастающей кривой смертности. Даже среди других млекопитающих уровень смертности не более чем в пять раз превышает средний показатель за всю жизнь. Почему эволюция так сильно различалась, остается загадкой для биологов.
Для многих видов старение перевернуто с ног на голову
Современные теории особенно расходятся с двумя группами видов, для которых концепция старения перевернута с ног на голову.
С одной стороны, есть существа, смертность которых остается неизменной на протяжении всей их жизни, например гидра или краб-отшельник. Их тела, кажется, не дегенерируют в течение жизни, что можно понимать как отсутствие старения.
И есть даже виды, вероятность смерти которых уменьшается по мере взросления, например, красный горгонарий (коралл), дуб с сетчатым листом и пустынная черепаха. Очевидно, что их риск смерти никогда не становится нулевым, но в старом возрасте у них больше шансов дожить до следующего дня рождения, чем в молодости.
Есть еще одно мнение, которое опровергает новый каталог данных: идея о том, что виды с короткой продолжительностью жизни умирают так быстро, потому что так быстро стареют. Это будет означать, что их смертность сильно возрастает на протяжении всей жизни.
Однако иногда бывает и наоборот, например, у тундровой полевки. Его смертность увеличивается лишь умеренно, пока в пожилом возрасте не достигнет двукратного среднего показателя за всю жизнь. Тем не менее, эта полевка редко доживает до одного года.
Однако люди живут в течение целого столетия все чаще и чаще, несмотря на то, что их риск смерти в старости стремительно возрастает (более чем в 20 раз выше среднего за всю жизнь).
Данные проложат путь к единой теории старения
«Удивительно, но трудно представить себе такой образ жизни, которого нет в природе», — говорит исследователь Оуэн Джонс из Центра Макса-Планка Оденсе по биодемографии старения. Это касается не только смертности, но и фертильности.
В то время как женщины становятся бесплодными после ограниченного периода деторождения в первой половине своей жизни, фертильность повышается почти до конца продолжительности жизни альпийского стрижа. А потомство у желтого бабуина есть на протяжении всей жизни вне зависимости от возраста. «Одна из причин, по которой у нас до сих пор нет единой теории старения, заключается в том, что наш взгляд на старение всегда был предвзятым, потому что у нас были данные только по очень ограниченному выбору видов», — говорит биодемограф Александр Шойерлейн из MPIDR. Уже давно ведутся высококачественные демографические записи по сотням млекопитающих и птиц, но очень мало по другим позвоночным или беспозвоночным.
Чрезвычайно мало известно о водорослях, грибах или бактериях. Чтобы понять, почему эволюция создала старение, необходимо собрать гораздо более полные данные обо всех видах, — говорит Александр Шойерлейн.