Авторы также смогли показать, что экспрессия пяти молекул кишечной микроРНК (миРНК) снижается у обычных мышей после заражения Listeria, в то время как у мышей без микробов этого не происходит, что указывает на то, что микробиота кишечника может определять, по крайней мере частично, то, как мышь экспрессия генома перепрограммируется в кишечнике и как животное реагирует на инфекцию.«Мы были удивлены надежностью подписи кишечной miRNA у стерильных и обычных мышей», — говорит автор-корреспондент Паскаль Коссарт из Института Пастера в Париже, Франция. «Наши результаты показывают, что даже очень небольшие вариации в экспрессии miRNA могут иметь важные последствия» для здоровья животных, — говорит Коссарт.В последние годы исследователи пришли к выводу, что микробиота кишечника является незаменимым партнером в развитии иммунного ответа животного и в поддержании его внутренней стабильности, но мало исследований изучали влияние микробиоты на экспрессию miRNA во время бактериальных инфекций. Коссарт и ее коллеги подошли к этому вопросу, используя систему, которую они знают лучше всего: заражение листериями.
L. monocytogenes часто загрязняет сырые молочные продукты, и осенью 2011 года в результате получившей широкую огласку вспышки, вызванной зараженной листерией дыней, погибло 30 человек.Предыдущие исследования в лаборатории Коссарта показали, что во время заражения Listeria бактерия И хозяин перепрограммируют свое производство белков, используя небольшие некодирующие молекулы РНК, такие как miRNA — фрагменты генетического материала, которые используются для выборочной регуляции создания белков.
Здесь исследователи использовали обычных мышей и мышей, свободных от микробов, чтобы решить вопрос о том, влияет ли и как микробиота кишечника на течение инфекции и на производство этих регуляторных молекул miRNA.Что касается восприимчивости к инфекции, результаты были однозначными: через 24 часа после заражения стерильные мыши содержали в своем тонком кишечнике в 10000 раз больше бактерий L. monocytogenes и примерно в 1000 раз больше листерий в их брыжеечных лимфатических узлах, чем у обычных мышей. .Однако на уровне miRNA различия не были очевидны сразу: miRNA с наиболее высокой экспрессией продуцировались на одинаковых уровнях у обоих типов мышей, и они не сильно менялись после заражения. Тем не менее, продукция пяти miRNA снижалась после инфицирования только у обычных мышей, что указывает на то, что присутствие микробиоты влияет на уровень экспрессии miRNA.«Мы обнаружили, что даже несмотря на то, что подпись кишечной miRNA глобально стабильна, инфекция Listeria может влиять на ответ miRNA хозяина микробиотозависимым образом», — говорит Коссарт.
Авторы пишут, что сравнивая с более низкой восприимчивостью обычных мышей к инфекции, эти регулируемые молекулы с пониженной регуляцией дают интригующий результат.Коссарт говорит, что это и другие исследования показывают, что miRNA могут участвовать в защите хозяина от инфекции, но их точная роль еще не ясна.
Она отмечает, что, хотя это исследование проводилось на мышах, миРНК и белок-кодирующие гены-мишени, которые они регулируют, могут быть очень похожими у мышей и людей. Коссарт и ее коллеги планируют продолжить работу, чтобы попытаться выяснить, какое влияние оказывают изменения в экспрессии miRNA на сети генов, кодирующих белок, которые они регулируют.